Просим понять что у анлейта очень неочень перевод, поэтому мы переводим как можем, кто хочет помочь, пишите в лс.

Виола прикусила губами ногти.

— Почему это происходит?

Почему я не просыпаюсь? Неужели это действительно сон?

Прошло два дня.

Виолу никто не беспокоил.

Эта пушистая, широкая белая кровать содержала в себе какое-то волшебство.

Это было удобно, но несколько неловко, так как казалось, что моё тело утонет, просто прикоснувшись к ней.

Я встала, подошла к столу и придвинула стул.

Помолчала.

Я относительно мала.

Хотя я и сижу на стуле, мои ноги не могут даже коснуться земли.

Как же высоко.

В этот момент у меня не было другого выбора, кроме как признать, что я "овладела" Виолой.

Н-неужели я действительно перевоплотилась?

И… в теле серийного убийцы Принцессы Виолы?

Следуя по стопам своего отца, тысячелетнего Герцога, она стала приёмной дочерью Герцога-палача.

Геноцид.

Он убил тысячи людей.

Это невозможно.

Нет.

Как? Я думала, что это сон.

Как я могла поверить, что это нелепое явление реально?

Я снова рвала на себе волосы.

Я всерьёз овладела этим телом.

Теперь я часть семьи железной крови.

Герцог железной крови.

Я действительно стала приёмной дочерью Веррату.

Я стала главной героиней...

Я часто представляла себе это, но никогда бы не подумала, что это произойдёт на самом деле.

Спустя два дня и десять часов Арин наконец приняла этот факт.

Арин, жившая в 21 веке, стала приёмной дочерью Виолой Веррату.

Я села за стола и задумалась.

Мне нужно быть начеку в логове тигра.

Фух...

Я вздохнула.

Это место, где нужно полностью доказать свои способности.

Когда Виола стала Веррату, за ней начали охотиться её братья и сёстры.

Она должна доказать свои способности, иначе её убьют.

Я так напряжена!

Теперь, когда я попала в это тело, что же мне делать?

Должна ли я заставить этих психов из Веррату признать во мне Веррату, верно?

Как только она выживет, её признают.

Я грызла ногти.

Тогда она подтолкнет первую Принцессу к тому, чтобы она стала преемницей.

Если бы Виола не отпускала свои плохие шутки в оригинальной книге, первая Принцесса легко заняла бы пост следующей Герцогини.

Когда будет выбран преемник, война между братьями и сёстрами закончится.

Исчезнут и все опасные тяготы.

Хорошо. Пусть первая Принцесса станет Герцогиней.

Чтобы пойти по стопам Виолы, мне придётся убить десять тысяч человек, но я знала, что не смогу этого сделать.

Я не хочу никого убивать и не хочу умирать.

Лицо Виолы стало серьёзным.

Арин, читатель, всегда жалела Виолу.

Я не собираюсь быть правителем. Я не хочу быть одиноким и бедным правителем, который даже не хотел им становиться.

К счастью, я прочитала роман несколько раз и прочитала синопсис из блога автора.

Я буду жить по-другому.

Какой смысл в том, что рядом со мной никого не будет, кроме меня самой?

Я поклялась и пообещала себе.

Да, это действительно популярный роман...

Я в ловушке. Я могла бы умереть, если бы действовала иначе, чем в первоначальном сюжете. Она наконец признала реальность того, что обладала телом главной героини.

Тогда я должна сделать всё, что в моих силах. Я не смогу жить с одним лишь умом и усилиями железнокровного Герцога.

Арин, которая была теперь Виолой, не хотела умирать.

— В начальной школе ты знал, что Арин хочет умереть? Её мать умерла, и у неё не было отца.

— Неужели? Как это случилось?

— Она жила в детском доме.

Хан Арин была сиротой и выросла в детском доме.

Какими бы любящими ни были работники детского дома, они не могли заполнить пустоту в её сердце.

— Когда папа заедет за мной?

Папа сказал, что обязательно заедет за мной после сотни ночей сна.

Это было, когда мне было пять.

Но даже после двухсот ночей отец не возвращался.

Арин поняла это только в средней школе.

Я брошена...

У маленькой Арин не было семьи.

Я всегда думала, что я была единственным, что было у моих родителей.

Её тошнило от уныния.

Арин, которой тогда было пятнадцать, поднялась на крышу школы.

Я взобралась на перила. Посмотрев вниз, я увидела твёрдую землю.

Я быстро поняла… Я всё ещё хочу жить.

Я хочу жить. Это прекрасно, даже если у меня нет семьи, которая будет по-настоящему любить меня.

Когда я вырасту, я хочу стать лучше. Той, которая сможет заставить людей вокруг чувствовать себя любимыми. Я не собираюсь бросать свою семью. Я не заставлю своего ребёнка чувствовать то же, что и я, – пообещала себе пятнадцатилетняя Арин.

С тех пор Арин всегда старалась изо всех сил.

Поэтому она училась усерднее, чем когда-либо.

В старших классах она завела много друзей и даже поступила в престижный университет. Университет даже начал выплачивать ей степендию, сказав, что она "хорошо училась".

В тот день, когда её приняли в университет, друзья искренне поздравили её.

— Ты действительно потрясающая. Поздравляем!

— Арин, я знала, что ты можешь всё!

Арин всегда старалась изо всех сил.

Во втором семестре её первого курса в университете она была занята подготовкой к промежуточному экзамену. Усердно занимаясь в библиотеке, она задремала.

А когда она открыла глаза, то обнаружила себя в теле Виолы.

Арин, которая теперь была Виолой, снова полна решимости.

Но...

В этой жизни у неё был отец.

Впервые в жизни у неё появилась семья.

Это лучше, чем не иметь никого. Эта мысль пришла ей в голову в одно мгновение.

В то же время ей было довольно грустно.

Герон Веррату был ужасным отцом.

Тем не менее Арин не испытывала к нему ненависти.

Быть в жестокой гонке наследования было лучше, чем быть выброшенной.

По крайней мере, он рядом.

Сначала она думала, что Герон Веррату был сумасшедшим.

Но у Герона были свои обстоятельства, и Арин, как читатель, испытывала к нему глубокое сочувствие и понимание.

Вот почему он легко мог бы стать её любимым персонажем.

И дело было не только в нём.

Некоторые из них были не в своём уме, но теперь они её семья.

Они жаждут любви… Им ещё предстоит пройти долгий путь.

Ладно. Мне нужно приспособиться к этому миру.

Как и всегда, я решила сделать всё возможное, чтобы выжить.

Я вспомнила содержание романа.

— Карлтон, как ты думаешь, какова вероятность того, что эта девочка выживет в Веррату, пока не станет взрослой?

— Я думаю, меньше 10 процентов.

Хотя Виола не была уверена, она не думала, что Карлтон действительно скажет это.

— Я думаю, что это меньше 40 процентов.

В романе он упомянул 10 процентов, но теперь вместо этого сказал 40.

Она продолжала вспоминать первоначальную историю.

— Назначь Дженона её временным дворецким.

— Да, Сэр.

Эту часть я тоже не помнила.

Временный дворецкий в романе.

Теперь, когда это стало реальностью, он стал обычным дворецким.

Она не знала. Дело в том, что она с честью проходила роль приёмной дочери.

Арин закрыла глаза и задумалась.

Дженон, временный дворецкий.

Дженон – элитный фехтовальщик из престижной семьи.

Из-за какого-то инцидента двадцать первоклассных регулярных рыцарей Империи были доверены Веррату.

Наблюдательный и способный дворецкий, который постоянно проверял и наблюдал за качествами Виолы.

Дженон сначала не одобрял Виолу.

Только в середине романа Виола была полностью признана им, и он стал самым близким человеком для Виолы.

Я попыталась вспомнить внешность Дженона.

Фиолетовые волосы.

У него было красивое лицо.

У него была тёплая улыбка.

Кроме того, он был проницателен, хорошо воспитан, всегда изыскан.

Но он всегда смотрел на Виолу загадочными глазами. 

Это было самым точным описанием Дженона.

Тук-тук.

Я услышала стук.

Снаружи раздался нежный голос:

— Принцесса Виола, можно войти? Я Дженон, ваш новый дворецкий.

Виола сомневалась в своих ушах.

Да?

Что-то неуловимо изменилось.

— Принцесса Виола, можно войти? Я Дженон, недавно назначенный вашим временным дворецким.

Не "временный дворецкий", а "дворецкий".

Виола встала.

Она подошла к двери и открыла её.

 А почему дверные ручки тут такие высокие?

Может быть, это потому, что это фантастический мир, поэтому они былы относительно высоко.

В остальном тело семилетней Виолы было гораздо меньше, чем у других её ровесников.

Встав на цыпочки и подняв руки вверх, она наконец смогла дотянуться до дверной ручки.

Открыв дверь, она увидела лицо Дженона.

Ух ты, какой он высокий.

Он выглядит точно так, как описано в романе, с тёплой улыбкой и фиолетовыми волосами.

У него всё те же загадочные глаза.

— Вы сами открыли дверь? – спросил он меня с улыбкой, прищурив глаза. — Отныне всё, что вам нужно, – это приказать мне. Дверь открывает дворецкий, а не хозяин.

Виола мягко улыбнулась.

Виола – персонаж, рождённый для жизни в такой среде.

Глаза Виолы были полны невинности, хотя Арин, возможно, больше не чувствовала этого, поскольку она жила своей жизнью, рассматриваемая как что-то незначительное в её мире.

Я хорошо знаю характер Дженона.

Дженон это тот, кто всегда проверял Виолу.

— Ты только что прочитал мне лекцию?

— Нет?

— Понятно.

Дженон быстро определил свою ошибку.

— Я просто подумал, что довольно глупо видеть, как Принцесса сама открывает дверь.

Услышав это, я немного расслабилась. Похоже, я недооценила его отношение.

— Роль дворецкого – давать советы, а не дисциплинировать. Имей это в виду.

— Я буду осторожнее.

Как выжить в роли Виолы Веррату?

Это значит не потерять ауру Веррату.

Я по-прежнему пользуюсь авторитетом не меньше, чем Веррату, для окружающих.

Даже Виола в оригинальной книге никогда не теряла своего престижа и авторитета.

Они подавляли людей силой и страхом и в конце концов теряли всех вокруг.

— Я слышала, что дворецкий играет важную роль в семье Веррату.

Дворецкие Веррату невероятно и глубоко вовлечены в битву за престолонаследие.

Дворецкие, помогавшие павшим наследникам в битве за престолонаследие, соревнуются друг с другом.

— Я хотела лично проверить моего дворецкого.

— Я понимаю.

— Вот почему я сама открыла дверь.

— Я не знал, что вы это имеете в виду. Я прошу прощения.

Дженон упал на одно колено.

Затем он встретился взглядом с Виолой.

Он улыбнулся.

Дженон одарил её очаровательной улыбкой, смотря в глаза.

— Я счастлив быть дворецким Мисс Виолы.

— Я тоже счастлива.

— Даже если я только что совершил большую ошибку?

Хан Арин много читала об этом мире.

И о том как завоёвать сердца героев.

— Хотя я и понимаю ваши намерения, это неправильно – Принцессе открывать себе дверь. Это наверняка вызовет у меня массу проблем.

Как истинный преданный читатель этого романа, я поняла его точку зрения.

— Я понимаю.

На какое-то время в глазах Виолы появился Дженон.

Я была немного шокирована.

Ах, точно…

Эти фиолетовые зрачки… будет иногда краснеть, да?

Говорят, что очень немногие люди, рождённые быть убийцами, имеют такую особенность.

Человек, который должен убивать людей в своей жизни.

Теперь, когда я здесь, в этой истории, я собираюсь всё изменить.

Ты лучше, чем я думала.

— Я отдаю тебе свой первый приказ, Дженон.

Дженон проглотил фальшивый смешок.

Первоначально она собиралась сегодня вкратце представиться и объяснить свою позицию Веррату и то, что он должен делать перед Принцессой Виолой.

Хм… Что же я должна заставить его сделать?

Ситуация выходила далеко за рамки его ожиданий.

— Да. Пожалуйста, отдайте мне свой первый приказ, – с улыбкой ответил Дженон.

Но, услышав первый приказ Виолы, он впервые усомнился в собственных ушах.

Над главой работали
3